Александр Зейер: «Изменение правил игры для бизнеса»

Лента новостейФакты и прогнозыОсобое мнение

IT-каналВендоры

Александр Зейер: «Изменение правил игры для бизнеса»

Григорий Рудницкий | 10.04.2018

Недавно Москву посетил один из создателей платформы для хранения и обработки данных In-Memory SAP HANA Александр Зейер (Alexander Zeier). С 1998 по 2012 год он работал в компании SAP, причем последние шесть лет в должности заместителя Хассо Платтнера (Hasso Plattner), одного из отцов-основателей компании и на тот момент председателя совета директоров. Сегодня г-н Зейер работает глобальным управляющим директором в крупной международной консалтинговой компании Accenture, где помогает заказчикам решать задачи по трансформации бизнеса.

Какие интересные вызовы и задачи побудили вас перейти из сообщества разработчиков в лагерь консультантов?

Я в 90-е годы, после окончания университета, уже работал консультантом, а только потом перешел в SAP. Создавая платформу HANA, мы проанализировали 67 проектов по внедрению систем SAP в крупнейших коммерческих и государственных компаниях. Я уже в то время получил опыт убеждения IT-директоров в том, что им интереснее и полезнее работать со мной, сотрудничать в создании новых технологий, которые меняют правила игры на рынке. Сейчас я тоже со многими из них продолжаю работать.

Вы в IT-индустрии уже много лет. Какие технологические прорывы, свидетелями которых вам довелось быть, вы считаете наиболее важными для развития ИТ в мировом масштабе?

Это новая волна технологий управления данными. До того, как появилась HANA, в течение 30-40 лет данные накапливали и обрабатывали в рамках одних и тех же подходов. Низкая скорость работы старых СУБД побуждала разработчиков прикладных систем делать их чрезмерно сложными. Компании тратили огромные деньги просто для того, чтобы эти системы были работоспособными. С появлением HANA и систем на ее базе произошла трансформация чисто технических средств в инструменты, меняющие правила игры для бизнеса. Но мы находимся только на начальном этапе этого процесса. Ведь HANA появилась в 2010 году и позволила заказчикам работать с данными практически в режиме реального времени, осуществлять сложные операции моделирования, решать прогнозные задачи. С тех пор появились и продолжают развиваться многоядерные системы. Во всем этом процессе главным узким местом оставалась оперативная память. Я сейчас с большим воодушевлением вижу, что в этом сегменте произошел, пожалуй, самый важный технологический прорыв за последние 20 лет. Появились устройства энергонезависимой памяти Intel 3D XPoint и вычислительные системы на базе этих микросхем. В промышленное производство они будут запущены чуть позже, но у нас в лаборатории уже есть прототип, который позволит, по нашим оценкам, сделать скачок вперед. Уже через несколько месяцев нам удастся создавать системы на базе SAP HANA, в несколько раз более производительные, чем нынешние, и при этом менее дорогостоящие.

Почему платформа HANA появилась в 2010 году, а, например, не на 10 лет раньше?

Для того чтобы разработать новую технологию, нужно заглянуть в будущее, проанализировать, куда движется индустрия разработки. В апреле 2006 года, когда я стал заместителем Хассо Платтнера, в рамках соглашения о неразглашении компания Intel предоставила нам информацию о своем будущем перспективном проекте. Для меня тогда стало очевидно, что система, ориентированная на будущее, должна поддерживать работу на многоядерной архитектуре, а также уметь размещать данные в оперативной памяти, поскольку в новых системах будет обеспечен прямой доступ к микросхемам хранения. Совместно с крупнейшими заказчиками SAP мы вырабатывали требования к новой платформе HANA и увидели, что существует большой запрос на работу с данными в режиме реального времени, получение аналитических результатов и решение предиктивных задач. Мы поняли, что необходимо разработать не просто новую СУБД, а новую платформу данных, которая позволила бы решать аналитические задачи с минимальными задержками, которые всегда требовались на классических платформах. В 2004 году был достигнут пик наращивания производительности отдельного ядра процессора. Старые системы SAP не поддерживали многоядерную архитектуру. Поэтому нам пришлось изобрести платформу, которая бы обеспечивала масштабирование, близкое к линейному, и увеличивала производительность соответственно увеличению количества ядер.

Какие индустриальные перспективы дальнейшего развития вычислений In-Memory вы могли бы назвать?

Вычисления In-Memory используются во всех отраслях. Заказчики, обладающие большим количеством ресурсов, как, например, нефтедобывающие компании, используют их для управления имуществом. Сейчас практически вся нефтегазовая отрасль переходит на HANA. Но вообще во всех отраслях заметен такой переход. Невозможно выделить какую-то одну систему, ради которой заказчики это делают. Инвестиции для перехода на платформу HANA значительны, поэтому в полной мере выгоду можно получить только при полном переходе, охватывающем все сферы деятельности компании. Для заказчиков в первую очередь важно перейти на новую ERP S/4HANA, автоматизировать производственные процессы с использованием робототехники. С переходом на S/4HANA они получают возможности использовать в полной мере все новейшие технологии, такие как блокчейн, который позволяет установить доверительные бизнес-отношения между компаниями. В будущем ключевым элементом конкурентоспособности станет умение компаний применять самые передовые технологии, такие как искусственный интеллект, машинное обучение и т. д. к своим стандартным бизнес-процессам. Мы в Accenture реализовали модель, которая помогает заказчикам использовать существующие системы в сочетании с новейшими технологиями. Для этого в России открывается площадка Future Camp, на базе которой они смогут с нашей помощью разрабатывать новые решения, получать их прототипы, тестировать и внедрять затем у себя в компаниях.

Готовы ли заказчики к тому, о чем вы рассказываете?

Изменения, которые реализованы в S/4HANA, настолько масштабны и охватывают столь большое количество направлений, что не у всех хватает знаний и навыков, чтобы такие системы внедрять. Я, например, не видел ни одного заказчика, который бы мог внедрить S/4HANA самостоятельно, без помощи консультантов. Мы стремимся помогать нашим заказчикам обучать и получать специалистов, обладающих знаниями в этих областях. Проекты подобного класса – это не просто смена версии системы, это изменение парадигмы деятельности компании. У ИТ-директора могут быть в штате все необходимые специалисты, но нужно прежде всего менять деятельность предметных подразделений. В 99% случаев именно участие специалистов от бизнеса определяет успех проекта. Работая в Accenture, я составил список из восьми ключевых компетенций, наличие которых является залогом успеха проекта. В этом списке присутствуют как специалисты, понимающие, какую выгоду несет система с точки зрения основного бизнеса компании, так и технические профессионалы, досконально знакомые с ее функциями и возможностями. Мы в Accenture также большое внимание уделяем переподготовке специалистов для работы с новыми платформами. Спрос огромный, и мы ожидаем здесь, в России, эффекта цунами, ведь в Германии, например, выручка от проектов по внедрению систем на базе HANA за последние пять лет выросла с 5 миллионов до 100 миллионов евро.

Вы ведете активную преподавательскую работу. Какие новые идеи вы получаете от студентов, насколько ваши студенты креативны в сфере ИТ?

Я удостоен звания почетного профессора одного из университетов Германии, а также читаю лекции как приглашенный профессор в Массачусетском технологическом институте. Студенты очень креативны, у них нестандартное мышление. Мне это очень полезно. Ведь если вы 20 лет работали с SAP, то у вас весь мир сконцентрируется вокруг продуктов SAP и сложно будет выйти за эти рамки. Я преподаю курс «Большие данные» и замечаю, что среди студентов очень много тех, кто ориентирован на ПО с открытым исходным кодом. Когда я учился и получал научную степень, все было сосредоточено вокруг проприетарного ПО. С одной стороны, важно помочь студентам понять новые тенденции, которые открывают новые разработки, а с другой – помочь им шире использовать возможности свободного ПО. К примеру, у нас в университете для «горячего» хранения данных используется платформа HANA, для анализа больших данных – кластеры на базе Hadoop, а студенты ведут разработку на языке R. С одной стороны, это позволяет и в будущем использовать решения SAP, а с другой стороны – быть на переднем крае инновационных разработок.

Теги: software, CIO, СУБД, ERP-системы, блокчейн

Еженедельник IT Weekly № 15/2018

Компания: SAP, Accenture, Intel

Об авторах

Григорий Рудницкий

Григорий Рудницкий

Историк по образованию. В ИТ-прессе – бумажной и онлайновой – с 2002 года: публикуется в изданиях, ориентированных как на домашних, так и на корпоративных пользователей. Любимые темы: гаджеты, мобильность, облачные сервисы, свободное программное обеспечение.


Поделиться:

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Другие материалы рубрики

Компании сообщают

Мероприятия